Хумнас, медленно оглядывая помещение, поднял руку и коснулся пальцами потолка. Свод оказался холодным и будто покрытым какой-то слизью.

Кое-где сочащаяся сверху влага образовала сталактиты, большинство из которых, чтобы не мешать ходить по пещере, было обломано. В центре пещеры располагалось несколько больших камней, на одном из которых и восседал сейчас Гуигос.

Оба иракца двинулись к нему, но, приблизившись к согбенному изможденному старцу, Хумнас случайно бросил взгляд в дальний конец пещеры. Там было гораздо темнее чем в центре, и в то же время в одном месте виднелось довольно странно освещенное пятно. Хумнасу даже показалось, что он видит там какие-то яркие точки света, сверкающие в окружающей темноте как бриллианты.

Бриллианты? Может это и есть сокровища Гуигоса?

Хумнас, не удостоив старика даже взглядом, немедленно отправился к темному пятну. Мхирени следовал за ним по пятам. В глубине зала, там, куда свет факелов почти не достигал, яркие точки стали еще заметнее. К тому же, и ток свежего прохладного воздуха здесь чувствовался гораздо сильнее. Вытянув перед собой руки, Хумнас вплотную приблизился к стене. В ней, на уровне его подбородка оказалось большое — футов двух в диаметре — отверстие с неровными краями, сквозь которое был виден далекий ночной горизонт, чуть отливающий густой синевой там, где небо смыкалось с землей. А яркие блестки оказались звездами. Встав на цыпочки и выглянув наружу, Хумнас увидел те же самые звезды, но только отражающиеся в водной глади Галилейского моря в семистах пятидесяти футах под ними.

— Смотровое отверстие, — скрежещущим эхом разнесся по пещере хриплый голос Гуигоса. — И заодно вентиляция. А попробуешь вылезти наружу — упадешь с такой высоты, что буквально размажешься по камням.